Курсовая с практикой на тему ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ПСИХОЛОГИЗМ РОМАНА М.Ю. ЛЕРМОНТОВА «ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ»
-
Оформление работы
-
Список литературы по ГОСТу
-
Соответствие методическим рекомендациям
-
И еще 16 требований ГОСТа,которые мы проверили
Введи почту и скачай архив со всеми файлами
Ссылку для скачивания пришлем
на указанный адрес электронной почты
Содержание:
ВВЕДЕНИЕ. 3
ГЛАВА 1. ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ПСИХОЛОГИЗМ КАК
ЛИТЕРАТУРОВЕДЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА.. 6
1.1 Становление художественного психологизма в русской
литературе. 6
1.2. Приёмы и способы психологического изображения в
художественном произведении. 7
1.3. Психологизм
«Герой нашего времени» М. Ю. Лермонтова в зеркале русской критики и
литературоведения. 10
ГЛАВА 2. СПОСОБЫ ВОПЛОЩЕНИЯ ВНУТРЕННЕЙ ЖИЗНИ
ПЕЧОРИНА 13
2.1. Психологическая функция портрета. 13
2.2. Психологическая деталь в романе. 15
2.3 Журнал Печорина как исповедь души. 25
2.4 Система двойников Печорина сквозь призму психологизма. 27
Выводы.. 42
ЗАКЛЮЧЕНИЕ. 43
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ.. 45
Введение:
Психологизм в
литературе – это стилевое единство, система художественных средств и приемов,
направленных на полное, глубокое и детальное раскрытие внутреннего мира героев.
В этом смысле говорят о "психологическом романе", "психологическом
очерке", «психологической лирике» и даже — о «писателе-психологе».
Как стилевое
качество психологизм в литературе призван выражать, воплощать некое
художественное содержание. Такой содержательной его основой является
идейно-нравственная проблематика. Но для того чтобы она возникла, необходима
достаточно высокая ступень развития исторически складывающейся личности,
осознание ее в культуре эпохи как самостоятельной нравственной и эстетической
ценности. В этом случае сложные жизненные ситуации заставляют человека глубоко
задумываться над острыми философскими и этическими вопросами, искать свою
собственную «правду», вырабатывать личную жизненную позицию.
Расцвет
психологизма — реалистическое искусство XIX в. Причинами этого были, с одной
стороны, резко возрастающая сложность личности и ее внутреннего мира, а с
другой — особенности реалистического метода. Главная задача писателя-реалиста —
познать и объяснить действительность — заставляет искать корни явлений,
происхождение тех или иных моральных, социальных и философских представлений,
требует углубления в скрытые мотивы человеческого поведения, в мельчайшие
детали переживаний. Реализм рассматривает внутреннее развитие характера как
закономерный и последовательный процесс, отсюда необходимость изобразить связь
его отдельных звеньев — мыслей, чувств и переживаний.
У
каждого из писателей психологизм
своеобразный, каждый выбирает и "изобретает" свои собственные приемы
психологического изображения, наилучшим образом выражающие авторское понимание
характера и его оценку.
Роман М. Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» уже на
протяжении почти 200 лет живет активной художественной жизнью, постоянно
обновляясь в понимании все новых и новых поколений.
О такого рода произведениях В. Г. Белинский говорил,
что они относятся «к вечно живущим движущим явлениям…Каждая эпоха произносит о
них свои суждения. И как бы ни верно поняла она их, но всегда оставит следующей
эпохе сказать что-нибудь новое и более верное, и ни одна и никогда не выскажет
всего» [8, с. 92]. Говоря же именно о «Герое нашего времени», величайший критик
утверждал: «Вот книга, которой суждено никогда не стареться, потому что,при
самом рождении, она была вспрыснута живой водой поэзии» [8, 103].
Роман М.Ю. Лермонтова весь как бы составлен из противоположностей,
которые образуют единое целое. Он классически прост, доступен каждому, даже
самому неискушенному читателю, вместе с тем невероятно сложен и многозначен и в
тоже время глубок и непостижимо загадочен.
Э.Г. Герштейн, подводя результаты своим многолетним
исследованиям, приходит к выводу: «Роман Лермонтова – самое загадочное
произведение русской классической литературы. До сих пор нет установившегося
мнения об этой маленькой книге» [15, с. 178].
Оказавшись закономерным итогом русского и мирового литературного
движения на определенном этапе «Герой нашего времени», как новое слово в
поступательной художественном развитии человечества, оказал воздействие на
развитие всей отечественной словесности. А.А. Блок отмечал: «Наследие
Лермонтова вошло в плоть и кровь русской литературы» [9, с. 73]. Композиции
романа и своеобразие жанра М.Ю. Лермонтова связано с его главной особенностью.
«Герой нашего времени» – первый психологический роман в русской литературе. Под
психологизмом подразумевается художественное изображение внутреннего мира
персонажей, то есть их мыслей, переживаний, желаний, чувств. Поэтому более
подробное рассмотрение особенностей художественного психологизма и его
воплощения, композицию, систему двойников данного романа представляется нам
актуальной.
Цель
исследования: проанализировать особенности
художественного психологизма в романе «Герой нашего времени» и способы его
воплощения в лермонтовском тексте. Поставленная цель работы определила
необходимость решения следующих задач:
1) проанализировать особенности романа «Герой нашего времени» как
психологического
2) выяснить как «работает» композиция на психологичность романа
3) выявить формы и способы раскрытия образа Печорина через призму
отношений с героями романа
Объект
исследования: роман М. Ю. Лермонтова
«Герой нашего времени».
Предмет
исследования: особенности художественного
психологизма и способы его выражения в романе «Герой нашего времени».
В работе использовались следующие исследовательские методы: типологический, сравнительный,
биографический, культурно-исторический. (расписать, для чего использовался
каждый метод)
Теоретической
базой исследования послужили работы
И.Л. Андроникова, Э.Г. Герштейн, Ю. М. Лотмана,
И.В. Золотаревой, С.В. Иванова, И. Е. Коплан, В.В. Липича, С.А.
Леонова, Т.И. Михайловой, Б.Т. Удодова, У.Р. Фохта.
Практическая
значимость: результаты исследования могут быть
использованы в вузовском курсе истории русской литературы XIX века, в
школьном преподавании литературы, а также при подготовке курсовых работ,
рефератов и докладов.
Структура
работы: исследование состоит из введения, двух
глав, заключения, списка литературы.
Заключение:
В романе Печорин, раскрылся трагически, по-настоящему. Он
понял, как глубоки и безысходны человеческие страдания. Как он, волевой
человек, смелый офицер, не дорожит собственной жизнью и кокетничает сам с
собой, якобы жизнь ему не нужна? Но когда настоящая, большая жизнь его
захватывает — не маскарадное бытие, а жизнь, задевающая душу, жизнь бесконечно
дорогая, единственная и потому нужная и прекрасная, обращенная к дорогому
существу, с которым он, быть может, расстается навеки, — тогда он и предстает
перед нами во всей наготе человеческой слабости и человеческого благородства.
Теперь он не скажет: сорвать цветок, надышаться и бросить, авось кто-нибудь
поднимет, — поднимай ты сам этот цветок, которым надышался! Вот здесь раскрылся
весь трагизм характера Печорина. Безысходная боль, охватившая его, все
человеческое, выступившее наружу. С какой щемящей болью он догадался, что он —
такой же, как все, и только напрасно пытался противиться всем, выдавая себя за
нечто большее, стоящее над человеком, и сам веря в это. Только теперь он это
понял. Так же хорошо, как читатель понял, что он — герой времени. Упреки: разве
такой плохой человек может быть героем времени — теперь сняты для читателя.
Печорин — герой времени, потому что он такой же, как все.
Но это пробуждение только на несколько часов. После этого Григорий
Александрович Печорин вновь наденет на себя «мундир» циника, скептика,
человека, уверенного в том, что зло привлекательно, человека, ко всему равнодушного.
Так перед нами во весь рост встала трагедия человека потерянного поколения 40-х
годов XIX века, где рядом с благородными порывами автор с необыкновенной
жестокостью показал и другую сторону поведения героя. Подслушивания,
подглядывания, выслеживания — весь бытовой шпионаж, к которому прибегает
Печорин, не может быть благороден уже по своей природе. В этой жизненной
практике и есть трагедия поколения. В сущности, Печорин не тот, за кого себя
выдает, — он все время насмехается над теми, кто его воспринимает всерьез: «Во
мне два человека»; «Одни скажут: он был добрый малый, другие — мерзавец. И то и
другое будет ложно». В воображении он считает себя великим или во всяком случае
верит в свое великое предназначение. В действительности же он прекрасно понимает
ограниченность своего духовного (внутреннего) существования. Отсюда — герой «на
ходулях». Его реальность заключается в том, что он показывает свою
несостоятельность, противоречия, которые его постоянно раздирают. Такова
действительность, что большой человек не смог себя реализовать. Но помимо этого
мы увидели Печорина в истинном свете и не смели его не пожалеть, ибо ничто
человеческое ему не чуждо.
Фрагмент текста работы:
ГЛАВА 1. ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ
ПСИХОЛОГИЗМ КАК ЛИТЕРАТУРОВЕДЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА
1.1 Становление художественного психологизма в русской
литературе
Психологизм
(от гр. psyche — душа и logos — понятие, учение) — изображение в литературном
произведении внутреннего мира человека, его мыслей, намерений, переживаний,
эмоций, осознаваемых чувств и бессознательных психических движений.
В древней
литературе психологизм обозначался очень скупо, фрагментарно, проявляясь лишь в
репликах героя. Как правило, античные авторы изображали какое-либо одно
чувство, самое яркое, поэтому о действующих лицах античных трагедий, например,
говорят как о персонажах одной страсти. Так, Медея у Еврипида, мучимая
ревностью, жаждет отомстить Ясону. Средневековая литература сформировала
представление о сложной и противоречивой природе человека, что отразилось в
«Божественной комедии» Данте Алигьери, однако личность еще не изображалась
разнопланово и изменчиво. Настоящие открытия в области психологизма были
сделаны в эпоху Возрождения, когда внутренняя жизнь человека рисовалась как
сложное переплетение настроений, размышлений, состояний и проч. Это можно
наблюдать в трагедиях В. Шекспира. Поэтому рождение психологизма как
основополагающего принципа в изображении человека в литературе связывают именно
с Ренессансом, «раскрепостившим» европейское сознание, когда размышления и
переживания персонажей стали воспроизводиться в динамике и взаимосвязи и
индивидуализировано. Особое значение психологическим описаниям придавали авторы
сентиментализма и романтизма, стремившиеся воспроизвести тонкость чувств
персонажей (например, И.В. Гете в романе «Страдания юного Вертера» или Дж.
Байрон в «Паломничестве Чайлд Гарольда»). Традиции психологизма
сентименталистов и романтиков развили реалисты XIX и XX вв., описав состояние
души не высокого героя, а обычного человека, типичного. Причем психологические
зарисовки обогатились внутренними монологами персонажей, пейзажными и бытовыми
описаниями, характеризующими духовную жизнь действующих лиц, передачей
сновидений, воспоминаний и проч., как, например, в романах Л. Толстого, Ф. Достоевского,
рассказах А. Чехова и др. Наконец, в модернистской литературе XX в.
психологизм, помимо названных средств, освоил «поток сознания» в качестве
основного приема раскрытия внутреннего мира человека (тексты Д. Джойса, М.
Пруста, М. Булгакова, Венедикта Ерофеева и др.), хотя фрагментарно «поток
сознания» можно обнаружить и у Ф. Достоевского, и у Л. Толстого. 1.2. Приёмы и способы психологического изображения в
художественном произведении
Композиция романа «Герой нашего времени» отличается особой сложностью.
Прежде всего необходимо сказать о том, что роман состоит из автономных частей —
повестей, которые тем не менее представляют собой художественное целое. Повести
объединяются общим героем, однако известную трудность для понимания целостности
романа представляют вопросы: почему автор выбирает именно эти, а не
какие-нибудь другие события в жизни Печорина и почему располагает их именно в
таком порядке? [9, 73].
Идея романа представлена через раскрытие образа Печорина. Ведущим
конструктивным приёмом в этом плане является изображение героя в двух основных
ракурсах: в первых двух повестях и предисловии рассказ о герое ведётся со
стороны, поначалу мы узнаём о нём от Максима Максимыча. Затем читаем записки
Печорина о его приключениях на Кавказе в «Журнале Печорина», то есть, пользуясь
словами Белинского, встречаемся на страницах журнала с «внутренним человеком».
Повесть «Тамань», первая в «Журнале Печорина», соединяет два ракурса
изображения героя — «со стороны» и «от него самого», важно при этом, что герой
в ней ни разу не назван по имени [22].
Следующая особенность композиции состоит в том, что хронология
событий в жизни героя не совпадает с хронологией рассказа о них. Так, путь
Печорина вне романной последовательности таков: приезд на Кавказ («Тамань»),
отпуск после военных действий («Княжна Мери»), двухнедельная военная миссия во
время службы в крепости («Фаталист»), история любви Печорина и Бэлы во время
службы в крепости («Бэла»), встреча с Печориным четыре года спустя («Максим
Максимыч»), смерть Печорина (предисловие к «Журналу Печорина»). Расположены эти
события в романе в ином порядке: «Бэла», «Максим Максимыч», предисловие к
«Журналу Печорина», «Тамань», «Княжна Мери», «Фаталист». Этот принцип
построения романа получил название «двойная хронология». Объяснений «двойной
хронологии» существует много. Можно выделить из них два основных. С точки
зрения сюжета такую последовательность можно объяснить тем, что странствующий
литератор, издающий роман о Печорине, составил книгу в той последовательности,
в какой сам узнавал о жизни её героя. С точки зрения смысла композиции — тем,
что повести до объединения в роман представляли собой разрозненные эпизоды из
жизни отдельного человека, после объединения стали представлять этапы его
жизненной судьбы и душевного развития.
Важное значение приобретает принцип «обратной хронологии»,
проявляющийся в том, что более ранние события жизни Печорина отнесены во вторую
половину романа — в «Журнал Печорина», а им в повествовании предшествуют более
поздние события. С помощью этого приёма автор стремится избежать предвзятого
отношения к герою, которое возникает, когда мы узнаем о человеке «со стороны».
Эту же цель автор преследует, последовательно сменяя
повествователей-рассказчиков, которые представляют героя в разных ракурсах.
Странствующий литератор, впоследствии издатель книги о Печорине, выступает
наблюдателем, Максим Максимыч — непосредственным свидетелем и участником
событий, Печорин переживает их в своей жизни [9, 73].