Эссе на тему Трущобы Лондона в литературе конца XIX века.
-
Оформление работы
-
Список литературы по ГОСТу
-
Соответствие методическим рекомендациям
-
И еще 16 требований ГОСТа,которые мы проверили
Введи почту и скачай архив со всеми файлами
Ссылку для скачивания пришлем
на указанный адрес электронной почты
Содержание:
Введение:
Заключение:
Фрагмент текста работы:
Трущобы
Лондона в литературе конца XIX века
Для того, чтобы понять,
насколько обширными были описания старого Лондона в литературе, стоит
вспомнить, что каждая черта современной автору жизни переносилась на страницы
его произведений. Из-за этого в работах писателей появлялось описание
величественных дворцов, прекрасных садов, веселых театров, вечно набитых до
отказа баров и, конечно, трущоб. Чаще всего описание окружающего мира
передавало именно отношение автора к герою или описание личных переживаний
персонажа. Следует вспомнить, как могли многие писатели использовать природу
для трактовки настроения своего героя.
При этом не стоит
забывать, что чаще всего писатели пытались как можно точнее передать именно то,
что окружало их и было неотъемлемой частью жизни. Викторианское общество со
своим увяданием ближе к концу эпохи могло оставить после себя достаточно
обширную картографию лондонских трущоб на страницах многочисленных
произведений. Бедное население, английские города со своими обширными улочками,
где сохранилось каждого из прожитых героями лет, и особенно трущобы Лондона,
которые могли поднять у читателей исключительно воспоминания о больных детях,
преступниках и бесправных женщинах.
Именно у трущоб Лондона
имеется какая-то своя неповторимая особенность, передающаяся от автора к
автору. Они строили этот город по маленьким кирпичикам мостовой, чтобы
показать, насколько следовало опуститься иногда даже самым великим людям, чтобы
вознести в будущем достойное место в веках. Из-за быстрого роста города
социальное расслоение все больше проступало в произведениях многих авторов.
Богатые, живущие на прекрасных улицах самого известного из английских городов,
с домами, где двери всегда услужливо открывали дворецкие, где улицы были
уставлены подстриженными под определенным углом деревьями. И бедные, чья жизнь
была заключена исключительно в серых стенах захудалых домишек, полных сырости,
плесени и многих болезнью, лечение которые было слишком дорогим, чтобы тратить
на него последние сбережения. Именно это чаще всего показывали авторы, чтобы
указать столь малому числу богатых на столь обширное число бедных. Писатели,
которые чаще всего были гласом народа, не могил пройти мимо такой
несправедливости, разросшейся в XIX еще обширнее.
Стоит заметить, что
основной упор на формирование образа Лондона, а особенно его трущоб, начался
больше в первой половине XIX века и начал распространяться с течением
времени, закрепляясь при этом в литературе современников. Больше всего он начал
себя проявлять в произведениях, которые относят к середине века или ближе к
концу. Достаточно известные авторы того времени оставили свой след в описании
Лондона того времени, чтобы показать, каким он представлялся современникам.
В первую очередь стоит
сказать, каким именно он представал перед взглядом жителей того века. Население
было бедным, иногда неспособным прокормить себя и свою семью, высокие цены на
продукты и низкие зарплаты, непосильные для людей того времени налоги, вечная
борьба за свои права, преступный мир, который расширялся с каждым годом все
больше. При этом это викторианская эпоха, время правления королевы Виктории,
развитие политических партий, усиление урбанизации, дым от заводов по всему
городу и болезни от плохой медицины. Таким мир представал в произведениях Г.
Уэллса, О. Уайльда, Ч. Диккенса, Ш. Бронте. Известные имена, которые оставили
большой вклад после себя в литературу того времени и описали достаточно точно
то, как виделся им век королей и заводов.
Стоит сказать, что начало
было положено в произведении Б. Дизраэли, который в 1845 году издал свой роман
«Сивилла или Две нации». На тот момент премьер-министр всесильных островов
Британии он показал то разделение, которое было в обществе, та невозможность
существования в одном городе двух миров: богатых аристократов и бедных рабочих,
которые и позволяли спокойно жить той части страны, которая не обращала
внимания на их проблемы. Его социальный роман дал начала той самой «Плохой
Англии», которая пряталась по трущобам, сырым стенам, все возрастающему
количеству кладбищ и пренебрежению правящей элитой над простым рабочим классом.
Как было сказано выше,
описание грязного Лондона было положено в начале века, возросло к середине и
достигло своего пика к концу.
У Чарльза Диккенса в
одном из его известнейших произведений «Приключения Оливера Твиста» хорошо
раскрыта проблема детей в мире, где сами взрослые не знают, как прожить до
следующего утра, а дети остаются беспризорными и необразованными. В силу того,
что бедный слой населения не мог себе позволить иногда обычных благ, о том,
чтобы отдать ребенка в школу или позволить ему обучаться на дому или в тем
более закрытых частных школах и речи не шло.
При этом стоит заметить,
что именно Чарльз Диккенс позволил увидеть истинное лицо Лондона той эпохи,
описав его настолько точно, насколько мог это сделать писатель. Именно
благодаря ему читатель может окунуться в XIX век и рассмотреть город, погрязший в
бедности, болезнях и голоде. Именно он, современник зарождающихся трущоб,
позволил рассмотреть, а после и изучить жизнь бедных людей.
В произведениях Шарлотты
Бронте также раскрыты достаточно ярко различия между слоями общества того
времени. Кроме того, в ее работах можно заметить и зарождающееся в то время
женское движение, которое только набирало обороты среди простых людей. Хотя при
этом она отлично рассказала о семьях тех времен. Именно на последнем следует
акцентировать внимание, так как своими произведениями писательница смогла
показать, как относились в викторианском обществе к высшим сословиям и тем, кто
вырос среди тех самых трущоб Лондона и что вынес из этой жизни вместе с собой.
Кроме того, стоит
вспомнить произведение Оскара Уайльда «Портрет Дориана Грея», который был издан
в 1890 году и собрал в себе как красоту богатых, так и ужас бедных. Это
произведение по праву можно назвать не только портретом одного человека, утонувшего
в своих грехах, но также и увидеть истинное лицо Англии того времени. Те ужасы,
которые скрывались в трущобах Лондона, можно сравнить только с теми ужасами,
которые Дориан Грей прятал в своей картине.
Лондон стал двуликим, при
том второе его лицо стало безобразным, покрытым шрамами от преступлений и
гноящимися ранами от наркотиков и бедности. При том справляться с этим
проклятием только начинали. Трущобы Лондона невозможно было уничтожить так же,
как портрет Грея. При том он давал куда больше проблем, чем обычная картина,
так как он уничтожал и то прекрасное лицо, которое правительство пыталась
показать всему миру.
Не стоит забывать о
причинах столь жуткого на тот момент состояния прекрасного сейчас города.
Урбанизация и индустриализация привнесли достаточно своих плодов в конечный
результат этой картины. Краски, которые накладывались правительством,
заставляли многих людей бросать свои дома в сельской местности и пытаться
бежать в большие города за богатством и лучшей жизнью. При том, если сейчас данная
мечта может закончиться удачей, то в то время подобные надежды чаще всего
заканчивались провалом и смертью тех фермеров, которые оставили свои земли
где-нибудь на севере страны, чтобы попытать счастье в столице. Правительство
только подогревало начало проблем, которые уже появились к началу века. Как
было сказано выше, весь ужас, который накрыл страну, развивался с начала века.
Только к его концу власти Англии смогли справиться с наплывом болезней,
преступности и смертности, создав достаточное количество действенных законов.
Но до того, как
правительство Великобритании во главе с премьер-министром смогли решить эти
проблемы, появились трущобы Лондона.
Многие авторы тех времен
описывают их с разным оттенком эмоций, но при этом всегда одинаково. Это были
домишки, построенные кое-как, едва ли не друг на друге. При том не всегда они
были достаточно крепкими и часто не имели владельцев. Обычно подобные хижины
вмещали несколько комнат, где ютилось слишком много человек. Количество людей,
которые могли жить в паре комнат подобной постройки, могли доходить до пары
десятков. Это создавало большие проблемы. Хорошо, если подобное жилище заняла
одна семья, но чаще это были совершенно незнакомые друг другу люди, которые
просто пытались спастись от холода и голода.
Те, кто направлялись в
Лондон за хорошей жизнью, обычно натыкались на мошенников, которые забирали
последние деньги у простых рабочих. Еда была скудной и чаще всего плохой, если
кто-то и мог себе достать мясо, оно было нежирным или это было лишь прогорклое
сало.
Плохое питание и сырость,
которая повсеместно таились в одряхлевших домах трущоб, пробуждали болезни,
из-за которых люди умирали куда чаще, чем рождались. Хоронить бедняков никто не
собирался, тем более отдавать им целые кладбища. Если кому-то из этого общества
все же доставалась могила где-то за городом, скорее всего он прожил жизнь чуть
лучше, чем большинство из окружающих его людей. Яма с трупами создавали
зловонию, которая создавало еще больше болезней. И так круг за кругом Лондон на
своих границах превращался в тот ад, куда спускался Дориан Грей, когда потерял
вкус к настоящей жизни и пытался отыскать прибежище своим желаниям хотя бы
среди бедняков.
Только понимание полного
ужаса происходящего заставило правительство начать делать хоть что-то. Только
то, что мир трущоб создавал настоящие адские клоаки, заставило создавать
законы, которые начали помогать беднякам не просто уходить из своих деревень за
хорошей жизнью, но также находить в городах настоящее спасение. Исключительно
из-за того, что индустриальное сердце Англии нужно было спасать, в Лондоне
начали лечить бедняков, начали учить их детей, начали следить за тем, чтобы те
несчастные постройки, которые оказывались домом для множества людей,
превращались в обычные жилища.
Преступность, которая процветала
на бедности, не уходила с улиц Лондона, но при этом начала трансформироваться и
прятаться по закоулкам. Она была таким же отражением той самой картины истиной
столицы, как бедность, голод, смерть и безграмотность.
Если присмотреться к
тому, как описывали великие английские писатели столицу своей родины, можно
заметить, что при всей правдивости описания вываливающихся дверей, серых стен,
покрытых сыростью и плесенью, голодных сирот, которые плясали на улицах за
монеты, чтобы выжить в большом городе, конец оставался при этом неизменно
плохим только для той стороны жизни, которая представлялась трущобами. Ни один
из авторов не мог увидеть спасения для той самой нищей и плохой Англии, которая
могла потянуть всю страну за собой в то пекло из опиума, болезней и смертей.
И все же несмотря на то,
какой серой и неприглядной Лондон представал для читателя того времени, с
течением лет город изменился благодаря тем самым законам, которые были приняты
правительством для спасения города. Уже в XX веке в литературе он представал
заполненный заводами, выросший, со все еще существующими трущобами, которые
потеряли свой ужас, с бедностью, с которой уже можно было мириться. Но при этом
остался тот самый след, который начал просматриваться еще в начале предыдущего
века. То разделение, которое раскололо город на две чащи, потянув за собой и
всю страну.
Во всей Британии
существовало то самое разделение, которое не потеряло своего веса. Бедные все
еще оставались бедными, богатые оставались недосягаемыми где-то в обширных
залах своих домов. Все еще существовало две нации, о которых писал Дизраэли, и
которые соединить воедино было невозможно.
Так какой же представала
Англия в тех романах, которые оставили после себя великие писатели XIX века, каким они показывали Лондон со
своими знаменитыми трущобами? Это был падший мир, бедный, разделенный, где в
одной комнатке ютилось столько человек, сколько обычно наполнялось в обширных
домах богатых, когда те решались устроить свои пышные вечеринки. Перенаселенный
город, где люди пытались выжить воровством, попрошайничеством и мошенничеством,
где настоящее казалось безликим, а придуманные красоты высшего мира были самым
настоящим благом. Лондон представал угрюмым, разделенным надвое, как великий
Дориан Грей, который смотрел со своих трущоб, как с поблекшей и изуродованной
картины на те балы и фуршеты, которые устраивались «истинным» лицом, который
было не стыдно показываться.
Тот самый Лондон, где
ютились диккеновские дети, воспитанные служанками Бронте, тот разделенный Лондон
Дизраэля, двуликий Лондон Уайльда. И трущобы были только ужасающим подвалом,
куда убирали все худшее, что могло появиться в людях того времени из-за вечных
законов, налогов и цен на продукты питания. Лондон, который превращал работящих
фермеров в попрошаек на улицах. Серый Лондон, зеленый от плесени и красный от
крови. Таким он представал на страницах романов второй половины XIX века,
«лондонских романах», где его не пытались прикрыть красивыми описаниями или
ложью во благо. Он был по-своему уникальным, но при этом не отличался от столиц
других стран, где также люди тянулись за лучшей жизнью и уезжали в столицу,
пропадая в ее улочках. Но лондонские трущобы останутся действительно особенно
чертой Англии, шрамом на ее действительно обширной и прекрасной истории, пусть
и прошедшей через череду войн и вечных конфликтов. Шрамом, который уже
невозможно стереть какой-либо новой сказкой о чудесном городе с Биг-Беном и
разводным мостом. Напоминанием тому будут те описания, что вовеки оставили
писатели на страницах своих романов.